like
like
Новости Новости собора
АНДРЕЙ КОРМУХИН: «СПАСАТЬСЯ НУЖНО “БАНДОЙ»
18 Июня 2015 г.

1 июня исполнилось два года общественному движению «Сорок сороков». За это время оно объединило более 10 тысяч человек и стало без преувеличения одним из самых влиятельных в православной среде. Что позволило движению получить такое широкое признание, какие цели оно перед собой ставит – об этом и многом другом рассказал координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин:

Выйти за ограду

Андрей Кормухин

Андрей Кормухин


– Мы возникли не благодаря тому, что был спущен сверху какой-то циркуляр или кто-то был инициатором создания движения, – просто люди наконец созрели, для того, чтобы возродить то, что было разрушено за период 70-летнего коммунистического режима и безвременья 1990-х годов. Мы за спиной имеем тысячелетнюю православную историю, и сейчас мы вспомнили об этом. Мы осознали, что больше не можем жить в рамках церковной ограды или какой-то православной резервации, которая была сформирована в советские годы. В 1990-е годы во всех сферах общественной жизни – в культуре, образовании, политике, искусстве – появилась определенного рода элита, которая сформировала в массовом сознании образ эдакого православного маргинала. Основные посылы того времени: библейский проект закончен, Россия стоит перед новыми открытиями и свершениями, у нас светское государство, в своих церковных оградах делайте что хотите, но только за нее не выходите.

– Движение появилось в 2013 году, а это говорит о том, что оно, видимо, родилось как ответная реакция на информационную кампанию по дискредитации Русской Православной Церкви 2012 года?

– Да, именно так. Когда начались информационные атаки на Патриарха, произошелскандал с «Pussy Riot», стало понятно, что пришла пора православным христианам выйти наконец за ограду храма и встать на защиту своей веры.

Андрей Кормухин и движение Сорок сороков
Андрей Кормухин и движение Сорок сороков


Вы помните, какие были скандалы, когда был представлен проект курса православной культуры в образовательных учреждениях? Все средства массовой информации тогда разразились фразочками: «Церковь опять лезет в воспитательную область!». Но ведь на самом деле никто этот курс не навязывал. Просто хотели донести, что наша страна имеет православный фундамент, православную историю всех побед, а теперь мы всё это теряем. Даже в Великой Отечественной войне мы победили, потому что проснулся национальный дух. Когда мы осознали, что мы воюем не с немцами, не с фашистской коалицией, а со злом, тогда эта великая Победа и стала возможна. Сейчас уже раскрываются исторические факты, как во время войны Сталин обращался к людям не «товарищи», а «братья и сестры», как открывались храмы. Просто стало понятно, что химерой нельзя победить. Эта химера в итоге в 1990-м году и рухнула, когда опять, отказавшись от Православия, пыталась загнать людей в коммунистический проект. Времена атеистической власти давно прошли, но кризис сознания, когда Православие считается чем-то периферийным для жизни страны, мы еще не преодолели. Почему мы должны постоянно оправдываться за свое мировоззрение, за свою активность? «Сорок сороков» – наша попытка преодолеть этот кризис. Мы решили стоять на защите православных ценностей и будем стремиться сохранить Россию такой, какой нам оставили ее наши православные предки, – с ее тысячелетней историей и культурой.

Как складывался пазл

– Расскажите, с чего движение начало свою деятельность.

– В 2013 году, на заре нашего развития, мы видели себя, прежде всего, защитниками строительства новых церквей, возводимых по программе «200 храмов». Со многими ребятами, которые стояли у истоков движения, мы познакомились как раз на мероприятиях, связанных с защитой строительных площадок. Была ведь жуткая атака на эту программу, причем она была спланирована и очень хорошо финансировалась. Когда мы увидели единомышленников, поняли, что нужно действовать. Поначалу хотели делать это точечно – выбрать какой-нибудь один храм и защищать его строительство. В итоге на сегодняшний день мы помогли в той или иной степени 15 православным общинам Москвы обрести свои храмы. И эта деятельность продолжается.

    

– Движение «Сорок сороков», можно сказать, ворвалось в информационное пространство и православный мир. Всего за два года в него вступили уже 10 тысяч человек…

– Мы не связываем это с какими-то нашими талантами или организаторскими способностями. В большей степени мы развивались по воле Божией и не благодаря чему-то, а вопреки. Когда у нас всё рушилось, когда казалось, что невозможно что-либо сделать, вдруг пазл, который был, казалось, разобран, в определенный момент складывался, и всё получалось. И, к нашей радости, люди разводили руками и говорили: «Да, молодцы, ребята». Но мы понимали, что это не мы молодцы. И, опять же, я думаю, по воле Божией были правильно сформулировали вызовы, и мы стали понятны.

Наш главный посыл: Россия может существовать только как православная страна. Люди, услышав это, пошли за нами, стали вливаться в движение и принимать активное участие в наших мероприятиях и акциях. Скажу откровенно: мы не рассчитывали на такой поток людей и немного растерялись. Почувствовали на себе, что такое «болезнь роста». Но потом поняли, что делать, и стали формировать структуру, систему управления и координации. В итоге этих преобразований мы превратились из братства в движение.

Православный код

– Вы защищаете строительство новых храмов, проводите Сорочинские встречи с известными православными людьми, духовенством, оказываете помощь в обеспечении порядка во время патриарших богослужений, собираете гуманитарную помощь жителям Донбасса в рамках программы «От храма к храму! От души к душе!», сопровождаете верующих, прибывающих на поклонение православным святыням, проводите спортивные праздники и многое другое. Но какие результаты работы движения вы считаете наиболее значимыми?

– Если бы мы говорили с вами год назад, то я бы сказал, что это поддержка строительства новых храмов в Москве и формирование в православной среде активного крыла, которое готово постоять за веру и за Отечество. Сейчас же я вижу всё более широко.

У меня 9 детей, и мне не всё равно, в какой стране будут расти мои дети. Россия должна осознать себя православной державой, в которой Православие должно быть фундаментом, объединяющим многие национальности и многие конфессии. Ведь нет вражды между людьми разной веры, которые испокон веков населяли нашу страну. Именно Православие позволило сохранить это всё. Мы ведь не вырезали ни одного народа, как было в некоторых якобы христианских странах, и не позволили себе никакой культурной экспансии на территории, которые придерживались своей культуры. Мы просто предлагали. Если взять наши северные земли, то туда шли сначала не воины, а священники и миссионеры. Возьмем даже Кавказ. Он всегда был преимущественно исповедующим ислам. Да, мы с ними повоевали, однако мы воевали не за веру. Просто нам в определенный момент надоело то, что людей забирали в рабство, грабили обозы. Нужно было эти территории поставить в культурные рамки. В принципе и сейчас ничего не изменилось. Посмотрите, что сделал Владимир Владимирович в начале 2000-х в Чечне. Спросите их: им лучше было жить «под Басаевым» в то время или «под Кадыровым» сегодня?

– Есть такое исследование, которое проводится почти ежегодно, – «Индекс счастья российских городов», – и, как это ни странно, почти всегда первое место в рейтинге занимает Грозный…

– Ничего странного. Они счастливые, потому что у них ориентиры правильно расставлены. Мы же, имея православный культурный код, всё пытаемся от него отречься. Это то же самое, как у человека в вакууме отобрать противогаз и сказать: «Дыши».

Синергии нет

– Как вы в целом оцениваете уровень общественной активности православных людей?

– Он разный. Вообще у нас только начинает формироваться православное поле. До сегодняшнего дня было несколько институтов, структур, которые являлись православными, но они работали в разных плоскостях, с разной аудиторией. Причиной такой разобщенности стали события XX века, когда Церковь по объективным причинам несколько атомизировалась. Было очень мало приходов, но каждый из них для его прихожан был отдельным, закрытым миром. В результате сегодня у нас есть понятие прихода, настоятеля, духовника, но нет понятия православного мира, соборности. По крайней мере не было до последнего времени. Для каждого православного христианина интересы своего прихода и духовника выше интересов всего православного мира. Мало того, было даже какое-то соперничество: «каждый кулик свое болото хвалил». Это связано с тем, что просто не было тех вызовов, которые бы касались каждого отдельного прихода. Но сейчас появилась угроза в целом Православию как цивилизационному коду. И вот теперь мы вспомнили, что спасаться нужно «бандой», и наконец стали потихоньку объединяться вне зависимости от того, кто наш духовник и в каком мы приходе.

– Что является двигателем процесса объединения православных?

– Основной движущей силой сейчас является патриарх Кирилл. Он хорошо чувствует время. Отсюда его некоторая критика в сторону миссионеров, образовательных институтов, которые должны быть катализаторами этого процесса. Все православные организации должны объединиться. Есть такое модное слово «синергия». Так вот, сейчас православной синергии нет. А ведь только она может нас опять сделать цивилизационным проектом – хотя мы им и являемся, но пока этого не осознаем. Россия не может существовать вне Православия. Она либо просто погибнет, либо это будут какие-то разрозненные государства, республики, или же она станет исламским проектом, а может, и колонией Америки. У нас от 75 до 80% говорят, что они православные, ассоциируют себя с ними. При этом воцерковленными являются только 5%. Когда мы преодолеем порог в 20–30% воцерковленных, тогда начнется этот момент синергии, сейчас же по одиночке нас очень легко «щелкать».

   

 Из России хотят уехать 75% иудеев, 70% протестантов и всего 5–10% православных



Еще важно понимать, что по-другому мы просто не выживем как цивилизация. Все политологические теории сегодня говорят о том, что народы могут выжить только при условии, если они осуществляют цивилизационный проект, количество людей в котором не менее 300 млн. Америка может называться отдельной цивилизацией, Китай может называться отдельной цивилизацией, даже Евросоюз может быть отдельной цивилизацией. Мы же со 145 млн. человек, даже если посчитаем Казахстан с их 14 млн. и Белоруссию с 9 млн. человек, не можем на это рассчитывать. Дай Бог, если 200 млн. наберем. Какой цивилизационный код позволил бы нам включить механизмы выживания в глобальном смысле? Только Православие. Только оно может дать нам крепкие многодетные семьи, а не на 100 браков 80 разводов. Только оно может дать нам настоящих патриотов. Был не так давно опрос среди российской молодежи разных конфессий на тему миграции. Результат примерно следующий: из России хотят уехать 75% иудеев, 70% протестантов и всего 5–10% православных. Всё объясняется просто: как можно уехать из Богом данной страны?

Спасение в смирении?

– Некоторые считают, что активно проявлять себя в общественной жизни не совсем приемлемо для верующего человека, так как зачастую во главе угла у верующих смирение…

– Ну, во-первых, нужно вспомнить историю Православия, во-вторых, историю России и, в-третьих, историю Русской Православной Церкви. Мы все знаем пресловутый спор между сторонниками позиций Нила Сорского и Иосифа Волоцкого, живших в одно время. Один призывал к спасению через аскезу, а другой утверждал, что православный человек в равной степени должен быть как молитвенником, так и государственником. В этой связи можно вспомнить и извечный спор между православными патриотами и уранополитами, которые говорят, что мы все братья во всем мире. Да, мы все братья, но у нас есть родина – Россия. Дай Бог, чтобы именно такие споры были у нас.

Преподобные Иосиф Волоцкий и Нил Сорский
Преподобные Иосиф Волоцкий и Нил Сорский


    

Что же касается смирения, то отвечу вопросом на вопрос. Могло ли появиться государство, которое занимает 1/6 часть суши, если бы все жители этого государства просто смиренно молились всё это время? Есть вызовы духовные, когда каждый человек индивидуально спасает свою душу, а есть вызовы общественные, когда нападают на твое государство, на твоих близких, на твою семью.

К обидам государства, семьи, веры, близких, слабых воин Христов должен быть непримиримым

Мне понравилось в этой связи высказывание протоиерея Андрея Ткачева, озвученное им на наших Сорочинских встречах. Смысл его сводится к следующему: ударили тебя по левой щеке – подставь правую и получишь благодать; ударили при тебе слабого – сломай челюсть обидчику, и будет еще большая благодать. Человек относительно своих грехов должен быть смиренным, но относительно обиды государства, семьи, веры, близких, слабых он должен быть непримиримым воином Христовым.

– К слову о воинах. Сегодня многие стремятся воспитывать детей патриотами, чтобы они служили и Богу, и Отечеству. Но что такое патриотизм?

– Если для тебя Православие и вера имеют первостепенное значение, если ты христианин, то для тебя патриотизм играет теми красками, которые нам позволили стать 1/6 частью суши. Если же ты либерал и при этом патриот, то ты захочешь, чтобы Россия стала европейской державой с либеральными ценностями, чтобы можно было заключать однополые браки и подобное. Это та ловушка, в которую очень легко попасть. Все мы сейчас патриоты, но для каждого это понятие наполнено разными смыслами. Я же уверен, что нельзя родину ставить выше Бога, потому что нас создал Бог-Отец. Отношение к родине как к созданию Божиему правильное. Только в этом случае ты будешь ее защищать как Богом данную тебе страну. А если у тебя Бога нет, то начинается винегрет: каждый воюет за своюродину, у всех она какая-то своя.

Патриотизм и молодежь

– Во многих городах России сегодня создаются клубы, дружины, братства и иные молодежные структуры, которые называются военно-патриотическими и православно-патриотическими. В чем их особенности и отличия друг от друга? Что бы вы, как многодетный отец, посоветовали родителям учитывать и знать при выборе такого клуба?

– Что выбрать, зависит от позиции родителей. Мне, например, военно-патриотическое название ближе, потому что военный компонент для детей имеет значение. Они приходят туда для того, чтобы научиться быть воинами. Однако, учитывая то, что мы страна, где большая часть населения считает себя православными, эти военно-патриотические клубы априори должны быть православными. В клубах обязательно должен быть батюшка, который прочитает молитву, наставит ребят, расскажет о святых воинах: Александре Невском, Дмитрии Донском, Федоре Ушакове, Георгии Победоносце, Дмитрии Солунском, о сорока севастийских мучениках. После этого дети начнут правильно воспринимать воинский подвиг. Нужно им донести, что воин – это не тот, кто идет людей убивать, а тот, кто идет защищать свою родину, свой народ, свою веру и свою семью.

В воспитании молодежи очень важны также правильные ценностные ориентиры. Совсем недавно я выступал с лекцией для молодежи на форуме «Духовное единство», который проходил в Туле. Я задал ребятам два банальных вопроса: кто из вас хочет быть счастливым, и что значит «быть счастливым»? Конечно, ответы были ожидаемыми: каждый хочет быть счастливым, и понятие о счастье у всех примерно одинаковое: материальный достаток, счастливая семья, профессиональная самореализация. «А если дом сгорит, жена уйдет и работы нет? – спросил я. – Человек станет несчастным?» Но ведь любой человек стремится к счастью. Как же быть? Нужно ставить перед собой цель, которую нельзя достичь достаточно долго. Если же ставить себе легко выполнимые цели, то после того, как ты ее достигнешь, возникает опустошение, и не каждый психологически может с ним справиться. Счастье не в «мерседесах», дачах, виллах и островах. Ведь как только ты покупаешь себе, например, 50-метровую яхту, ты начинаешь думать о 100-метровой. А мы, православные люди, априори счастливые. Каждый православный человек ставит перед собой цель спасти свою душу. И он всю свою жизнь выстраивает согласно этой цели. Потому мы и в ГУЛАГе счастливые, и на войне счастливые, и даже в несчастье счастливые. Именно осознание того, что мы с Богом, делает нас счастливыми.

Страница Патриарха Кирилла в социальной сети Вконтакте
Страница Патриарха Кирилла в социальной сети Вконтакте


  

– Не так давно патриарх Кирилл призвал духовенство активнее использовать социальные сети в донесении слова Божия. При этом он показал пример, открыв свою официальную страницу в «Елицах», а также в светских социальных сетях. Как вы считаете, что это даст Церкви?

– То, что Святейший появился в соцсетях, несомненно, правильный ход. И то, что пошли бот-атаки, которые мы наблюдаем во «ВКонтакте», – тоже неминуемо. Однако закрыть возможность комментирования, как многие предлагают, не совсем правильно. Закрытая для комментариев страница не представляет интереса. И для Святейшего это важно тем, что он должен видеть реальную народную реакцию на публикации, связанные с его деятельностью. Поэтому, конечно, тот факт, что в«Елицах» патриаршая страница не закрыта и при этом там нет всего того негатива, который есть во «ВКонтакте», делает ее более удобной и безопасной для интернет-пользователей. А то, что к ней «прикреплены» и страницы архиереев, позволит людям в регионах быть в курсе дел и на местах, и в целом в стране. Насколько я знаю, такого функционала в других соцсетях нет. Кроме того, я вижу большие перспективы в православной соцсети именно по работе с молодежью, и я думаю, что в скором времени мы на практике оценим все эти возможности.

– Андрей, в последнее время появилась еще одна серьезная проблема. Сейчас идет соперничество Православия с язычеством за молодежь. Это уже приобрело характер некоего соревнования за то, «кто круче». Даже всем известный боксер Александр Поветкин, будучи человеком крещёным, стал адептом неоязычества. На ваш взгляд, почему это происходит, каковы угрозы увлечения неоязычеством? Как молодым людям, еще не пришедшим к Богу, вовремя распознать неоязычество и не пойти по неверному пути?

– Неоязычество – это технология. Причем чистой воды деструктивная технология. Запущена она была для того, чтобы разорвать русский мир изнутри. Вспомним, что было в начале 1990-х годов. На Россию спускались многие религиозные проекты: протестантизм, сайентология, свидетели Иеговы. Да, кто-то попал в секты, но в целом, учитывая то, что в русских людях всё же православный код, все эти секты начали постепенно отторгаться обществом. Их либо запрещало государство, либо они закрывались, либо уходили в подполье. А вот язычество включило другие коды, чем оно и опасно. Они по сути сделали подмену понятий: евангельское начало заменили национальным, этническим, которое подразумевает, что племенная кровь выше Крови Христовой. При этом они говорят, что Православие – это хорошо, это вера предков. Получается, что человек может декларировать себя христианином, но в практической жизни быть язычником.

Фото: AP/Sergey Ponomarev
Фото: AP/Sergey Ponomarev


   Неоязычество – это технология. Запущена она была для того, чтобы разорвать русский мир изнутри

Технология эта не новая: когда нельзя разорвать извне, нужно сделать это изнутри. А дальше всё просто: нашли определенные силы, в лице того же Поветкина, и запустили массированную информационную атаку. Им удалось найти близкий понятийный аппарат для молодежи. Причем их целевая аудитория – это футбольные фанаты, молодежь, увлекающаяся спортом, компьютерами, гаджетами и в большинстве своем не читающая книг. Развитие клипового мышления привело к тому, что определенная часть молодежи просто перестала думать. И вот для них вбрасываются понятные и простые посылы плакатного характера, типа «Мой бог меня рабом не называл».

Каждый человек ищет Бога, тем более русский человек, который имеет такой бэкграунд – 1000-летнюю историю Православия. И в то же время каждый хочет остаться самостоятельным в принятии решений. Язычество в этом плане очень удобно. Можно грешить, не стремиться избавиться от своего греха и при этом оставаться верующим человеком. Поэтому, опять же, не сможет вот этот паренек в очках, которому батюшка поручил руководить молодежным отделом, пойти в качалку и сказать: ваши боги – это просто истуканы, вырубленные в лесу плотником дядей Васей, а история христианства на Руси – это цивилизация, равной которой практически нет.

Залогом семейного счастья всегда были и будут дети. Я очень счастливый человек!

Залогом семейного счастья всегда были и будут дети. Я очень счастливый человек!

  

– Андрей, хотелось бы затронуть и такую важную проблему для молодежи, как создание семьи. Вы уже озвучили эти страшные данные: на 100 браков 80 разводов. Как вы пришли к созданию большой семьи? Что бы вы посоветовали молодежи?

– Еще будучи ребенком, я заявлял родителям, что когда вырасту, то у меня будет трое детей, потому что русских должно быть много. Я не ставил себе цель иметь много детей, просто жить православной жизнью по-другому нельзя. Сколько Бог послал, как говорится. Молодым людям я посоветую быть счастливыми. Есть счастье большое – быть православным человеком, а есть счастье маленькое – семейное. Залогом семейного счастья всегда были и будут дети. При этом один ребенок – это одно счастье, два ребенка – два счастья, а девять детей… Одним словом, я очень счастливый человек!



18 июня 2015 года

Для того, чтобы оставить комментарий, вы должны зарегистрироваться и авторизоваться на сайте
Сменить пароль
Забыли пароль
Если вы забыли пароль, введите E-Mail.
Контрольная строка для смены пароля, а также ваши регистрационные данные, будут высланы вам по E-Mail.
Авторизация
Авторизуйтесь через:
Используйте вашу учетную запись VKontakte для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись на Twitter.com для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись на Facebook.com для входа на сайт.
или заполните форму ниже:
Забыли пароль
Регистрация
Для получения возможности подписаться на новости сайта, оставлять отзывы и комментарии, иметь доступ к специальным разделам Вы можете бесплатно зарегистрироваться на сайте.