like
like
Новости Новости собора
ФОРМИРОВАНИЕ ИКОНОГРАФИИ НОВОМУЧЕНИКОВ И ИСПОВЕДНИКОВ ЦЕРКВИ РУССКОЙ
6 Февраля 2015 г.
    

Трагические события истории Русской Церкви XX века отразились в жизни многих соотечественников, стояние в вере стало подвигом исповедничества для большинства верующих людей. Интерес в обществе к сложной и противоречивой эпохе гонений богоборческой властью возник в конце прошлого столетия. Этот период стал объектом исследования историков, религиозных мыслителей. Выражением богословской мысли явились не только труды по новейшей истории Церкви, но и возникновение новых иконографических образов.

С момента повсеместного закрытия иконописных мастерских в 1920-е годы до времени прекращения государственных гонений на Церковь, произошла значительная утрата традиции иконописания, сохраненная лишь частично отдельными иконописцами разных школ и направлений России, работавших иногда почти в катакомбных условиях.

В письмах святителя Афанасия (Сахарова) к одному из немногих иконописцев, работавших в годы советской власти, М.Н. Соколовой (монахине Иулиании), сохранились свидетельства процесса создания ею образов русских святых под его святительским руководством. «Посылаю Вам списки русских святых для святцев и хочу поделиться с Вами моими мыслями по этому предмету. Синодальные святцы напечатаны на 48 <ми> листах, по 4 на каждый месяц. Русских святых значительно меньше. Я думал бы разместить их всего на 20 листах, как у меня в списке размечено красным карандашом. На каждом листе изображения располагаются в три ряда, как размечено синим карандашом. Только на листах 2-м и 20-м Соборы преподобных Печерских изобразить без разделения на ряды, а общей группой, как обычно изображаются Соборы святых. Самые изображения, я думаю, лучше дать в таком виде, как в большинстве наших лицевых иконописных подлинников, то есть только контурные изображения. Очень хочется, чтобы поскорее, хотя бы в таком виде, были изготовлены наши святцы, чтобы и я мог увидеть их, а ведь мне недолго уже осталось жить. А потом можно будет сделать и более совершенные изображения, подобные тем, какие Вы делаете для редакции, а может быть, и цветные. В дальнейшей разработке святцев на Вас можно будет возложить только руководство и наблюдение. А помощники у Вас найдутся.<…> Призываю на Вас Божие благословение»[1].

Издревле Троице-Сергиева Лавра была центром распространения духовных ценностей. И возрожденная в середине XX веке она вновь становится источником, откуда берет начало многоводное течение современной иконописи. Дело передачи традиций старой школы иконописи в процессе обучения, начатое в 1958 году М.Н. Соколовой (монахиней Иулианией)[2], дало развитие в Иконописной школе при Московской духовной академии, распространило его в ее учениках в стенах Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета в Москве.

Надо отметить, что именно в этих школах иконописания существует и богословское осмысление, и историческое исследование.

В первую очередь, в Иконописной школе при Московской православной духовной академии происходит создание новых иконографических образов новомучеников и исповедников Церкви Русской при следовании старым традициям. М.Н.Соколовой под руководством святителя Афанасия (Сахарова) была создана икона «Все Святые, в земле Русской просиявшие»[3]. О формировании структуры иконографии этого образа святитель Афанасий писал в письмах Марии Николаевне: «икона, Вами написанная, первая с таким расположением святых. Раньше Вашей иконы Всех Русских святых, но в ином их расположении, древняя икона Вам известна. Она издана частями в альбоме «Музея Петроградской Духовной Академии». Вторая, в таком же роде, незадолго до Вашей написана в Старой Руссе протоиер<еем> В<ладимиром> Пылаевым. Теперь она в кабинете Патриарха»[4].

В советский период публикации современной иконописи были крайне редким явлением, однако на страницах церковного календаря Московской Патриархии появлялись иконы М.Н. Соколовой (монахини Иулиании). Святитель Афанасий (Сахаров) писал об этих публикациях: «Получил Православный календарь за 1960 год. <…> Хороши священные изображения, написанные Марией Николаевной»[5].

На участие святителя Афанасия (Сахарова) в создании М.Н.Соколовой (монахиней Иулианией) образа Собора Владимирских святых указывает адресованное ей письмо: «На иконе Владимирских святых сделайте надпись «Собор святых града Владимира и области его». А на задней стороне иконы сделайте такую надпись: «В Успенский Собор града Владимира в память юбилейного торжества по случаю 800-летия со времени его основания – смиренное приношение епископа Афанасия»[6].

Композиция образа «Всех Святых, в земле Русской просиявших», восходит к иконографическим типам XVI столетия. Она легла в основу иконы «Собора Владимирских святых» и Соборов святых других земель России, получив глубокое развитие в образе «Собора новомучеников и исповедников Российских явленных и не явленных», созданном богословами, церковными историками, иконоведами и ведущими иконописцами Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета[7].

На Юбилейном Архиерейском Соборе 13-16 августа 2000 года было принято решение «прославить для общецерковного почитания в лике святых Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской XX в., поименно известных и доныне миру не явленных, но ведомых Богу»[8].

Написанная иконописцами Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета под руководством декана факультета церковных художеств протоиерея Александра Салтыкова «по благословению митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, председателя Синодальной Комиссии по канонизации святых»[9] икона «Собор новых мучеников и исповедников Российских за Христа пострадавших, явленных и не явленных»[10] стала выражением подвига Русской Православной Церкви в годы гонений.

Композиция иконы сохраняет древнюю форму изображения собора святых. Сонм новомучеников и исповедников предстоит во славе у престола Божия на фоне храма Христа Спасителя в Москве, являющегося одновременно памятником, разделившем общую чашу страданий Русской Православной Церкви, и в то же время образом ее возрождения. В центре иконы расположен престол в красном облачении, символизирующем пасхальную радость мучеников в Царствии Небесном, победы над адом и смертью. На нем расположено раскрытое Евангелие со словами Спасителя: «Не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити» (Мф.10:28). За престолом возвышается крест, указывающий на мученический подвиг предстоящих праведников, являющийся средоточием иконы.

    

Вся полнота Русской Церкви представлена в среднике иконы: в центре ниже престола изображены Царственные страстотерпцы в византийских далматиках, подобно деисусному чину справа и слева от престола Божия предстоят святители во главе с Патриархом Тихоном (Белавиным) и Местоблюстителем Патриаршего Престола святителем Петром (Полянским), за которыми следуют ряды церковных иерархов. Глубокие богословы и молитвенники, священномученики и исповедники святители Кирилл (Смирнов), Агафангел (Преображенский), Владимир (Богоявленский), Иларион (Троицкий), Вениамин (Казанский), Серафим (Чичагов), Афанасий (Сахаров) и многие другие подвижники благочестия противостояли воинствующему безбожию и мужественно защищали свою паству в годы гонений от советской власти.

Мученики и исповедавшие Христа священнослужители, монашествующие, миряне предстоят на иконе рядами ниже святых епископов. Их необозримое число представляют наиболее известные – святые преподобномученицы великая княгиня Елисавета и инокиня Варвара, священноисповедники Сергий Серебрянский, Сергий Мечев и другие. Согласно с древней традицией великое множество святых показано на иконе нимбами выше крайнего верхнего ряда святителей.

    

Образ «Собор новых мучеников и исповедников Российских за Христа пострадавших, явленных и не явленных» являет собой образ Церкви торжествующий в Царстве Небесном.

Одним из переломных событий в церковной истории России XX века было восстановление патриаршества на Поместном Соборе 1917–1918 гг., многие из участников которого впоследствии стали мучениками за веру Христову. Спустя почти столетие ведущие мастера Православного Свято-Тихоновского Университета создали икону «Святые Отцы Поместного Собора 1917–1918 гг.»[11]. На иконе в центре изображен Святейший Патриарх Тихон под Державной иконой Божией Матери. По двум сторонам от него рядами расположены участники Собора, проходившего в Московском епархиальном доме в Лиховом переулке: священномученик Иларион (Троицкий), преподобный Алексий Зосимовский с тремя жребиями, святитель Симон, единоверческий епископ, в ХХ веке служивший по дониконовским обрядам, мученик Иоанн Попов, профессор Московской духовной академии, присутствовавший на Соборе от мирян и многие другие. Новомученики написаны рядом с видными церковными иерархами: митрополитами Антонием (Храповицким) и Арсением (Стадницким) и архиепископом Феодором (Поздеевским), много потрудившимися Ниве Церковной в ХХ веке, но не прославленными Церковью в лике святых.

В стенах Свято-Троицкой Сергиевой лавры к 70-летию возрождения Московской Духовной Академии была создана новая иконография «Собор Святых Отцов Московской Духовной Академии»[12]. Этот образ по своему композиционному решению также имеет древний прототип Собора Святых Отцов. На иконе изображены святители, принимавшие активное участие в становлении и развитии духовной школы, преподаватели и выпускники академии, ставшие впоследствии исповедниками и мучениками за веру Христову в советский период.

Процесс канонизации подвижников веры и благочестия, пострадавших в годы богоборческой власти продолжается по решению Юбилейного Архиерейского Собора 2000 года. На данный момент новопрославленных святых насчитывается около двух тысяч. В соответствии с определением VII Вселенского Собора разрешается вновь прославленным святым писать иконы для поклонения и чествования. Создание новых иконографических образов, охватывающих тему новомучеников Российских имеет огромное значение не только для русской культуры и искусства, но составляет неотъемлемую часть новейшей истории Русской Православной Церкви.

Возрождение в конце XX – начале XXI веков в России не только приходских храмов и монастырей, но и духовных традиций, стало потребностью духовной жизни общества. Расцветание церковной жизни обозначило начало периода возрождения в церковном искусстве, и в русской иконописи в частности. В 90-х годах прошлого столетия многочисленные появившиеся мастерские возобновили дело иконописания в традициях от византинизма, синайской школы, русских канонических иконных школ XIV–XV веков, царских изографов XVII столетия до академизма и модерна.

В современной иконе, кроме различных стилистических особенностей, разнообразия техник исполнения, наметились некоторые тенденции в иконографии, в первую очередь, в изображении новопрославленных святых. В иконах новомучеников появляются изображения современных костюмов – военная форма, васнецовские шлемы, более известные как буденовки, шинели, ружья и другое огнестрельное оружие.

Процесс создания икон новомучеников и исповедников Церкви Русской имеет в наше время огромное распространение: во многих храмах на территории России можно увидеть образы Царственных страстотерпцев, святителей Тихона Патриарха Московского, митрополитов Петра Крутицкого, Вениамина Петроградского, архиепископов Луки Крымского, Илариона Верейского и других особо чтимых подвижников XX века.

В процессе формирования иконографии новопрославленных святых можно выделить некоторые тенденции: заметно, что сохранившиеся фотографии и портреты легли в основу их образов. При этом можно наблюдать, что при создании иконографии происходит перенесение, почти калькирование иногда случайных черт, имеющихся на прижизненных изображениях. Сегодня участились изображения святителей с раскрытым Евангелием, не в литургических облачениях, а в архиерейских мантиях, в повседневной монашеской одежде, святые на иконах сидят, когда это не предусмотрено каноном, иногда можно встретить изображения в очках.

Однако необходимо заметить, что тенденция перенесения портретного образа в икону наметилась уже в Синодальный период. «В русском церковном искусстве Нового времени можно выделить небольшую группу произведений, которые обычно именуются «портретами-иконами» или «иконо-портретами»[13]. Например, в это время сложилась иконография святителя Митрофана Воронежского в мантии со схимническим куколем. Поскольку в Синодальный период прославление в лике святых было крайне редким, то «единственным синодальным требованием в иконописной сфере являлось наличие нимба и соответствующей надписи с употреблением слова «образ», а не «портрет», только на иконах канонизированных чудотворцев»[14].

В процессе создания иконографических образов новомучеников и исповедников Церкви Русской рождаются иконы, в которых композиционные решения не всегда обусловлены художественным поиском. Они зачастую являются следствием требований заказчиков с нецерковным сознанием, или эти иконографические новации являются следствием привнесения современного неклассического (авангардного) видения композиционной структуры, или следствием недостаточной богословской подготовки иконописцев. Появление подобных образов в интерьерах храмов приводит к закреплению в сознании молящихся иконографических новаций в качестве образцовых, и в первую очередь, это относится к изображению новомучеников и исповедников Церкви Русской, прославленных в лике святых Русской Православной Церковью, иконография которых окончательно не приобрела канонический статус.

Современную икону можно узнать не только по идеальной полированной поверхности, зеркальному блеску золочения, но иногда и по композиционному и живописному решению, не всегда соответствующему каноничному изводу и содержанию жития. В последнее время стали встречаться изображения с нарушениями в композиции, отсутствуют или не соответствуют подписи, имеющиеся подписи содержат неточности, имеются искажения в отражении фактов жития, заметна недостаточность богословского осмысления, иногда отсутствует историческое исследование.

В современной иконе можно выделить два пути развития и самой иконописи, и иконографии в частности.

Первый путь развития состоит в следовании традиции, в преломлении авторского видения замысла, раскрытии композиции сквозь традиционное видение изображаемого аспекта. Прохождение определенной школы обучения воспринимается авторами как прививание традиции, насаждение авторских инициатив на прочную основу. Этот путь мы видим в величайших творениях в культуре в целом, более ясно это наблюдается в иконописи.

В то же время уже заметна тенденция переписывания неудачных икон и фресок, или даже совокупности росписей.

Другой путь развития и иконописи, и иконографии в частности, направляется параллельно с негативными тенденциями современного искусства – с непрофессионализмом, с частичным или полным отсутствием живописного и технического мастерства, богословского и исторического знания, следования канону, в деталях или даже в целом.

Многочисленные художественные мастерские, следующие традициям русской школы иконописи, в своем большинстве, не дают своим ученикам возможности полной грамотной художественной подготовки и богословского осмысления изображаемого, взращивая лишь хороших копиистов или просто ремесленников. Однако, при исполнении работы на высоком уровне, даже качественные копии вносят хорошую лепту в дело возрождения интерьеров храмов.

Стоит заметить, что после большого временного разрыва традиции иконописания возникли проблемы и духовного, и художественного характера. Благодаря востребованности стало необходимым написание икон, за которые брались вчерашние светские художники, не всегда воцерковленные, среди которых были и авангардисты. Однако, чтобы написать икону и чтобы она стала именно иконой, а не темперной живописью, одного владения кистью недостаточно. Если писатель икон не проникнется смыслом изображаемого и его святостью, он останется, может быть очень хорошим художником, но не настоящим иконописцем.

Еще одна немаловажная проблема стоит перед современной иконописью – качество изображения. Одна из главных современных проблем иконописи – утрачивание сущности, духовной основы иконы – стало практически повсеместным явлением. Дело в том, что за написание икон берутся люди иногда малоспособные в художественном отношении, и невоцерковленные. Сейчас, конечно, существует большая потребность в иконописи в связи со всесторонним ростом значения Церкви в обществе, но это не означает необходимости браться за кисть людям внутренне неподготовленным и необученным иконописанию.

Икона, как символический язык Церкви, как «умозрение в красках»[15], как «книга для малограмотных», должна создаваться со знанием жития святого, с определенным живописным мастерством в рамках иконографического канона. Следование авангардистским принципам в иконе невозможно, т.к. они в корне противоречат смиренному духу Церкви и использованию святоотеческой мудрости, зафиксированной в иконописных канонах и написанных по ним святых иконах.

При рассмотрении Церковью нового образа естественно рассматриваются его каноничность (точное раскрытие богословских истин средствами иконописи), его «молитвенность» (способность побуждать и поддерживать обращение к Богу в молитве), его художественное достоинство.

В Синодальный период существовала цензура, препятствующая появлению образов, не имеющих права именоваться иконой. Сегодня, к сожалению, подобные изображения иногда можно встретить в церковных лавках, и даже в иконостасах храмов.

В эпоху «демократии» при декларации свободы личности и подчеркиваемой лояльности к Церкви, дух антихристианский влияет на личность иконописца через массовую культуру, широко тиражируемый аморализм личной и общественной жизни через средства массовой коммуникации, рекламу, разлагающе действующие на нравственность и ум каждой человеческой личности.

В искусстве рубежа XX-XXI веков вместе с нарастающими тенденциями постмодернизма можно отметить культивацию безобразного. В последнее время одновременно с этими проявлениями в светской живописи и в церковном искусстве также встречаются случаи искажения не только иконографических типов и композиции, но отсутствие сходства с сохранившимися фотографиями святых, или, напротив, шаблонность, излишняя чувственность в изображении.

В годы гонений на Церковь произошло почти полное прерывание передачи опыта от мастера к ученику, в том числе, и при создании новых иконографических образов. Это повлекло за собой то, что возникло в некоторой степени размывание традиционного взгляда, каким должен был тот или иной иконографический тип.

Сейчас как никогда иконописцам необходимо очень четко определить направленность развития современного церковного искусства, и иконографии в частности.

Выставка «Святая Русь», проходившая в 2011 году в Третьяковской галерее в рамках празднования дня славянской письменности и культуры, а также в Лувре в Париже показала миру высочайший уровень древнерусской иконописи, к которому необходимо стремиться современным мастерам.

Новый расцвет иконописного искусства в XXI столетии возможен только при следовании глубинным традициям русской школы иконописи, неотъемлемой частью которой являются богословское и историческое осмысление образа, одним из которых является тема новомучеников и исповедников Церкви Русской.


[1] Собрание писем святителя Афанасия (Сахарова) / Под ред. В. Кисель. М.: Изд-во Сретенского монастыря; Правило веры, 2001. С. 396. (Письмо № 334).

[2] Иконописец монахиня Иулиания / Сост. Н.Е. Алдошина, А.Е. Алдошина. М, 2012. С. 7.

[3] Там же.

[4] Собрание писем святителя Афанасия (Сахарова) / Под ред. В. Кисель. М.: Изд-во Сретенского монастыря; Правило веры, 2001. С. 393-394. (Письмо № 333).

[5] Там же. С. 573. (Письмо № 470).

[6] Там же. С.397. (Письмо № 334).

[7] Пострадавшие за веру и Церковь Христову 1917-1937 / Сост. Л. Головкова, О. Хайлова. М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. С.19.

[8] Васильева О.Ю., Петрушко В.И., Сафонов Д.В. Возвращение в Отчий дом // Русская Православная Церковь XX век / Под ред. архим. Тихона (Шевкунова). М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2008. С. 762.

[9] Пострадавшие за веру и Церковь Христову 1917-1937 / Сост. Л. Головкова, О. Хайлова. М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. С.19.

[10] Там же. С.20.

[11] Икона Святых Отцов Поместного Собора 1917-1918 гг. Описание. (К 20-летию Православного Свято-Тихоновского Университета). М.: Изд-во ПСТГУ, 2012. 64 с.

[12] Богословские вестник. № 13. (Архивный номер № 1. 1945-1946 гг.) / Публикация материалов: игум. Дионисий (Шленов). Сергиев Посад: Московская духовная академия, 2013. Вклейка перед титульным листом.

[13] Зеленина Я.Э. От портрета к иконе. Очерки русской иконографии XVIII-начала XX века. М.: Индрик, 2009. С. 119.

[14] Там же.

[15] Трубецкой Е.Н., Булгаков С.Н., свящ., Покровский Н. Иконы великой России. М.: Эксмо, 2011. С. 188


Для того, чтобы оставить комментарий, вы должны зарегистрироваться и авторизоваться на сайте
Сменить пароль
Забыли пароль
Если вы забыли пароль, введите E-Mail.
Контрольная строка для смены пароля, а также ваши регистрационные данные, будут высланы вам по E-Mail.
Авторизация
Авторизуйтесь через:
Используйте вашу учетную запись VKontakte для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись на Twitter.com для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись на Facebook.com для входа на сайт.
или заполните форму ниже:
Забыли пароль
Регистрация
Для получения возможности подписаться на новости сайта, оставлять отзывы и комментарии, иметь доступ к специальным разделам Вы можете бесплатно зарегистрироваться на сайте.